Salus populi suprema lex (988) (don_katalan) wrote,
Salus populi suprema lex (988)
don_katalan

Виктория АНДРЕЕВА, «ОРД»: МЫ ОТДАДИМ ДОЛГИ!

Не хотела писать ко Дню памяти погибших журналистов. Ни накануне, ни 16 сентября. Думала, может придется написать после, по результатам запланированной на пятницу акции Киевского независимого медиа-профсоюза, который предложил в 18.30 собраться на Майдане Незалежности, зажечь традиционные для этого дня свечи в память об убитых коллегах, и отправиться на Банковую, чтобы выразить режиму требования что касается положения со свободой слова в стране. И то, писать собиралась, исходя из результатов акции. Потому что после объявления о мероприятии лично для меня наиболее важным стало, не столкнется ли гражданское общество в этот день с очередным витком бездарной и брутальной борьбы «могилевских птичек» с любыми мирными уличными акциями граждан. Журналистскую колонну вполне могли силовым путем не пропустить на «саму священную Банковую», так же, как не пропустили колонну граждан в День Независимости. Что ж, обошлось без беркутовского «трепета крыльев». Может, потому что людей шло немного, может – потому, что повязывание ленточек на ограду в память каждого из погибших журналистов стало действом камерно-ритуальным. И, простите, весьма беззубым. Или потому, что в Ливадийском дворце аккурат происходит весьма представительное заседание «Ялтинской европейской стратегии», и, надо думать, высокие зарубежные гости и так немало подивились на жесткий разгон спецподразделениями невинной локальной акции от 15 сентября, где за символическую цену раздавали футболки с надписями про «Спасибо жителям Донбасса…», но далее не употреблялось не то, что забористое народное ругательство из кричалки «ультрас», но даже опасное слово «президент». Благодарили – за «ананаса». Просто в качестве фрукта. То есть разгром акции выглядел особенно потрясающим по тупости.
Таким образом, освещать День памяти погибших коллег собиралась исключительно в контексте современных, важных для общества событий, а не исторически-ритуального аспекта, как бы ни был он свят. Потому что считаю: лучший способ отдать дань уважения тем, кто заплатил за правду жизнью, это продолжать ежедневно на своем журналистском месте говорить о том, что происходит в действительности. Особенно внятно такой вывод ощущаешь, когда сталкиваешься, например, с чем-то подобным комментарию, который г-ин Мороз дал УНН. «Я побывал на митинге, который состоялся у памятного знака под Таращей, и не увидел там ни одного журналиста. Меня удивляет позиция коллег, которые забывают, что память требует постоянной поддержки со стороны СМИ. Посещение мест, которые связаны с памятью журналистов, является определенным моральным долгом для СМИ.»
Да… Александр Мороз, буквально высосавший (извините за резкость образа) из «таращанского тела» все, что было надобно ему для того или иного тактического хода политических игр, учит нас «посещать места боевой славы». Да и то, почему бы нет: если вот так, тихо-сдержанно, совершенно не тыкая в лицо режиму фактом: сегодня, а не вчера, сворачивается свобода слова, и оставшиеся, говорящие правду, особенно в региональных медиа, живут и работают в условиях постоянного риска – то это даже мило и на публику демократично. Можно завести карту маршрутов посещения: в киевский мало кому из иногородних известный Кадетский Гай, где повесили журналиста- луганчанина Петра Шевченко, утверждая, что это самоубийство. Или место на Донеччине, окрашенное кровью Игоря Александрова, то, где его забили битами? И еще кучу местечек назвать можно. Сан Саныч, а может, настоящие журналисты и не посещают мероприятий типа того, никому непонятного – «у памятного знака под Таращей», чтобы не столкнуться с Вами и такими как Вы?
Ну, и не хотела отмечаться в этой теме потому, что когда многих, кого собираются помянуть, знал лично, есть опасность удариться в излишний «всхлип». А то, не дай, Господи, и в какой-то мере отпиарить себя, поскольку сам сидишь в той же лодке. Отпиарить — на костях тех, кто уже отдал все долги, по максимуму.
Так почему же пишу? Почему позволяю себе восклицание в заглавии сегодняшних заметок? Отчего настойчиво повторяю о каких-то долгах?
Более того, даже как-то растерявшись от столкновения с беспрецедентной наглостью, мысленно проговариваю излишне эмоциональную фразу : «Георгий отдал все долги, все долги он отдал…» На мониторе – страница Интернет-ресурса «Обозреватель». А на ней – заголовок публикации о теме сегодняшнего дня: «Гонгадзе был ловеласом и никогда не возвращал долги». Оказывается, достаточно долгая (в том числе и долгая в профессии) жизнь, все же не убивает наивности. Вот, например, не могу себе представить, каким должно быть млекопитающее (в данном случае не могу написать слова «человек»), и что чувствовать, чтобы из-под его конечностей вышла эта фраза. В частности, 16 сентября, в день исчезновения (убийства) журналиста Георгия Гонгадзе 11 лет назад, и в день памяти всех погибших при исполнении профессиональных обязанностей коллег.
Но тем не менее, это существо есть, даже если подпись «Егор Чесночков» псевдоним. Существо берется рассуждать как это «один из маловлиятельных и неизвестных широкой публике журналистов вдруг превратился в апостола свободы слова и образец того, каким же должен быть настоящий работник СМИ». В публикации изложены серьезные претензии к покойному Георгию. Прежде всего «попробуйте издать сборник журналистских работ Гонгадзе. Уверен, у вас ничего не получится». Ну, вот это уж уели – так уели… Потому что и вправду скорей всего не получится создать том-нетленку с претензией на то, что она переживет века, на основе журналистских публикаций в периодике на злобу дня, из написанного любым из нас, «солдат бумажных». Издержки профессии, знаете ли. Не всем же позволено отдавать подчиненным распоряжение скомпилировать глянцевый фолиант под твоей драгоценной фамилией. Более того, не у всех есть такое желание, будь хоть и возможность.
Ну, и заявленные в заголовке замечания к «облико морале». Дохленькие, скажем так, поскольку о том, что журналист, мол, пропадал у дам, – со ссылкой на «жена одного из редакторов киевского Интернет-издания сказала», причем, непонятно, что сказала. И еще, «один парламентский журналист говорил», что Георгий, мол, время от времени просил «занять 20-30 гривен». Заметьте, даже этот безымянный парламентский в тексте не упоминает, что при этом Гонгадзе – не отдавал… Просто млекопитающее, получившее разнарядку на сегодня, делало заголовок покруче, как оно считало – позабористей.
Кстати, если на то пошло, то у вполне реальных и неанонимных людей, аккредитированных в парламенте в те годы, есть воспоминания как раз о том, что Гонгадзе не был попрошайкой, как раз был нежаден и хлебосолен. Но разве об этом речь сейчас? Я тоже могу подняться на сенсационный заголовок. Например: «Я знаю, почему Гонгадзе не отдал одолженный на кофе червонец. Знаю, почему нет его сборника». И ни вранья, ни передергивания в информации под подобным заголовком не будет. Не отдал – потому что более не появился в ложе прессы. По случаю форс-мажора: его удушили и обезглавили. А сборника нет – потому, что многообещающий молодой журналист, действительно, пока не такой уж влиятельный (что, кстати, понимается под «влиятельностью» журналиста? Вхожесть куда? Продажа себя – как?) попросту не успел ничего более написать. По тому же форс-мажорному случаю.
Разнарядка на упомянутую публикацию «Обозревателя», и подобных, наверное, такова. «Развенчать миф об апостоле свободы слова». Что ж, может быть в любом случае после вопиющей, нерасследованной и ненаказанной расправы с человеком, неугодным власти, личность жертвы несколько мифологизируется. Но ведь есть в данном случае достаточное количество НЕмифов, которые никакому развенчанию не подвластны. Не миф – кучмовская власть на своем закате, а янучарская – сейчас, уничтожают свободу прессы, и за тем же «маловлиятельным» Гонгадзе велась слежка, он незадолго до гибели безрезультатно обращался по этому поводу в правоохранительные органы. Не миф – этого гражданина, журналиста по профессии, убили руки работников правоохранительных органов, а уж в качестве публициста «номер раз» или в качестве разменной карты, это не главное. Не сказка – непосредственные душители, подчиненные-подельники Пукача, уже отмотали по полсрока, один из них даже вышел на поселение, и живет – не тужит, значит, не так уж страшно по преступному приказу убивать мирных граждан. Не легенда – дело Пукача именно сегодня слушается в закрытом режиме. Как это – «почему»? Наверное, потому, что «наружка» за оппозиционным журналистом, его похищение и убийство, это по-прежнему работающие государственные тайны, ноу-хау власти. То есть вся эта «машинерия» действует, и еще не раз пригодиться, открывать секретов нельзя.
16 сентября 2011-го и коллеги убитых, и читатели получили два письма из Лукьяновского СИЗО по поводу Дня памяти погибших журналистов. Юрий Луценко: «Напоминание о Гонгадзе необходимо, чтобы остановить окаменение нечеловеческой авторитарной системы, теперь уже системы Януковича». Юлия Тимошенко: «Сегодня уже кажется, что Гия был номером один в тогдашней украинской политической журналистике, символом эпохи. Нет, символом он стал позже. А тогда он был просто одним из тех, кто говорил правду. Его и убили за правду, а не за то, что он был самым влиятельным, или знал какие-то страшные секреты». Я опять ссылаюсь именно на Тимошенко и Луценко? Да, вот именно. И потому, что приведенные строки из их писем отвечают истинному положению. И потому, что письма из-за решетки, когда человек и сам рискует жизнью, но не отступает от своих взглядов, чаще всего исполнены неподдельного нелукавства.
Гонгадзе символом стал ПОЗЖЕ. Позже того, как несмотря на слежку, то есть реальное давление, реальную опасность – не отказался от оппозиционной журналистики. Позже того, как ментовские руки сомкнулись на его горле. Кто на новенького? У кого свербит желание стать символом? Если кому-то хочется яркой славы, неплохо бы помнить «расценки» на нее. Главное – первую. Когда тебе грозит опасность, когда идет давление, все равно оставайся правдивым оппозиционным журналистом. Не становись «чесночковым». А вторая… Вот, понимаете ли, о второй ведь никто не думает, и это правильно. Люди работают, и те, кто, будучи журналистом, не позволяют себе лгать и замалчивать, делают всего лишь то же самое, что делает честный пекарь, не позволяющий всыпать осколки стекла в тесто для ежедневного хлеба. Не на века – а ежедневного. Если волею судеб за то, что ты поступаешь так, придется заплатить жизнью, то это – некое, на периферии мыслей, осознание одной из черт ПРОФЕССИИ. А не целенаправленное продвижение к «красивой гибели», чтобы «стать символом».
В упомянутой публикации «Обозревателя» (обоСревателя, обоРЗевателя, как называет данный сайт демократическое Инет-пространство), если вы не забыли, об убитом 11 лет назад журналисте сказано, в том числе, следующее. Таким ли должен быть «образец настоящего работника СМИ». Посмеемся, конечно, заказчиков с Банковой занесло до совершенно сталинско-брежневской лабуды на счет «образца работника». Отметим, что слава Богу, «образца», то есть шаблона каких-либо внешних ли, личных ли обязательных черт «работника СМИ» пока что не нарисовано. И вдруг — подумаем о совершенной противоположности. О том, что даже одна сегодняшняя публикация под гнусным заголовком, а более того, еще многое, свидетельствует о том, что кое-что нарисовано. Именно подконтрольными СМИ. Образ того, каким НЕ ДОЛЖЕН быть работник медиа. При любых условиях давления. Такими, как, (не отходя от этого же сайта), журналисты (или псевдонимы) Александр Чаленко, Анатолий Шарий. Опубликовавшие залихватские публикации под заглавиями «Луценко будет косить под сумасшедшего» и «Луценко готовят побег?», и как ни странно при нынешнем режиме, проигравшие дело представителям Луценко в Киево-Святошинском районном суде. Суд обязал сайт опубликовать опровержение публикаций. Опровержений что-то незаметно. Но – рукописи не горят.
Не выйдет толстых сборников из сегодняшних публикаций на злобу дня. Просто кому-то не будет стыдно, если эти публикации раскопают при демократической власти. А кому-то…
Мы отдадим долги. «Мы» – это не звучит корпортативно. Я, скорее, корпоративна с определенными группами читателей, чем с теми, кто просто волею профессии называется коллегами. Отдадим долги за вранье и предельный цинизм некоторых, которые числят себя в «писучих». Отдадим – тем, что не найдется читателя, желающего востребовать их труд, способного уважать их. И коллег, согласных сотрудничать. Отдадим долги режимам, уничтожающим как инакомыслящих граждан вообще, так и журналистов в частности. Настоящими, а не потешными судебными преследованиями.
Эта отдача долгов – как пощечина. Но есть и положительное значение фразы — «мы отдадим долги!». Как бы ни было иной раз трудно, мы, оставшиеся, отдадим долги верящим нам читателям. Вернее, отдаем их. Сегодня. Завтра. Послезавтра. Кто станет «символом»?..

Виктория АНДРЕЕВА, «ОРД»
Tags: орд, свобода змі, україна
Subscribe
promo don_katalan Грудень 29, 2014 14:39 115
Buy for 50 tokens
Расшифровка секретного плана адмиистративно-территориального устройства России после ее распада От гуляющих по сети различных вариантов "государственного" устройства будущего российских территорий отличается наличием территорий в совместном управлении, возвратом исторических территорий…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments