Salus populi suprema lex (988) (don_katalan) wrote,
Salus populi suprema lex (988)
don_katalan

Categories:

«Як умру, то не ховайте!»

Оригинал взят у dibrov_s в «Як умру, то не ховайте!»

В последнее время в обществе обсуждается законопроект, разработанный в Минздраве. Предлагается внести изменение, в соответствии с которым для использования органов умершего для пересадки не потребуется согласие его или его родственников. При этом желающие смогут еще при жизни написать отказ, и никто их органы после смерти не тронет.

Несомненно, трансплантация органов — передовое и гуманное средство спасения человеческого здоровья и жизни. Однако любое донорство изначально должно быть добровольным, это должен быть высочайший акт самопожертвования в самом прямом и непосредственном смысле этого слова.

Но когда донорство (неважно, прижизненное или посмертное) перестает быть добровольным, это неизбежно приводит к тому, что на людей (на всех вокруг, или же на некоторых, неважно), начинают смотреть как на набор запчастей, этаких домашних животных, нагуливающих живой вес и попадающих на стол (в данном случае — хирургический) по мере потребности. Из исторических примеров можно вспомнить нацистские концлагеря, где «расово неполноценные» дети принудительно становились донорами для «истинных арийцев». Возможно, эти дети и спасли немало жизней раненых солдат Вермахта, но согласитесь: ни о каком гуманизме, ни о каком высоком самопожертвовании в данном случае речь не идет, а только лишь о преступлении против человечества.

Я не зря вспомнил о детях-заключенных. Есть у нас категория детей, которые также фактически находятся в заключении — это дети-сироты и дети, лишенные родительской опеки, пребывающие в государственных учреждениях.

Законным представителем ребенка являются его родители — люди, связанные с ним родственными узами и узами любви. Законным представителем сироты является директор интерната, который не связан с ребенком родственными узами, зачастую — не связан любовью, но зато связан со своим руководством трудовым договором.

Ни для кого не секрет, что украинские дети продаются и покупаются. Ни для кого не секрет, что здоровые сироты имеют справки о неизлечимых болезнях — только так их можно переправить на усыновление за рубеж. Не секрет, что количество желающих усыновить ребенка больше, чем число детей в интернатах.

Иностранец может усыновить украинского ребенка, если заплатит несколько десятков тысяч долларов. Спрос на украинских детей есть. Пересадка печени в немецкой клинике обходится пациенту в четверть миллиона евро. Спрос на органы есть, и спрос этот, как видите, весьма платежеспособный.

Сегодня администрация интерната полностью распоряжается судьбой сироты. Новый минздравовский законопроект предполагает, что законные представители будут распоряжаться также и органами детей.

В нашей ситуации, когда дети привычно рассматриваются как товар и как источник обогащения — я не сомневаюсь в том, что будет дальше.

Пересадка органов — сложный процесс, и самое трудное здесь — подбор соответствующего донора. Он должен быть совместим не только по группе крови и резус-фактору, но и по множеству других иммунологических параметров. В результате только один из нескольких тысяч потенциальных доноров пригоден для пересадки органов конкретному человеку.

Если будет принят новый закон, то несомненно все дети-сироты будут незамедлительно и самым тщательным образом обследованы, за счет благодетелей и из лучших побуждений, конечно. Не сомневаюсь, что после этого база данных потенциальных украинских принудительных доноров станет доступна платежеспособным клиентам и обслуживающим их клиникам.

Всё, с этого момента интернатские дети превращаются в «ходячие консервы», которые отдадут свои органы ради спасения чьей-то жизни не тогда, когда они этого захотят, а тогда, когда подходящий обеспеченный покупатель заплатит деньги.


После этого с ребенком может случиться все, что угодно. Он может упасть с качелей, его может случайно ударить током, у него может «обостриться» то неизлечимое заболевание, которое записано в его справке. Ребенок в интернате, повторюсь, полностью зависим от администрации, и никто не станет интересоваться, что с ним случилось и что было дальше — точно также, как сейчас никто не интересуется судьбой усыновленных детей.

У нас в стране ежедневно угоняют на запчасти автомобили. Неужели вы считаете невозможной массовую «разборку на запчасти» детей без родителей, учитывая, сколько стоит б/ушный подшипник и сколько — здоровая печень, почка или сердце?

Напомню о недавнем скандале: в начале ноября СБУ задержала преступников, которые незаконно вывозили украинцев для продажи почек.

С принятием закона почки можно будет вывозить массово и абсолютно легально, правда, отдельно от владельцев, которые должны быть уже мертвы.

Я не исключаю, что подпольные базы данных потенциальных и не подозревающих об этом украинских доноров имеются уже давно. Особенно удобна в этом смысле самая здоровая категория наших граждан — беременные женщины, которые сдают кровь несчетное количество раз, а обязательное уничтожение материалов для анализов у нас не контролируется ни в государственных, ни в частных лабораториях.

Реалии таковы, что в категорию консервов также сразу попадут все другие «неполноценные»: одинокие обитатели домов престарелых, домов инвалидов, пациенты психиатрических интернатов и больниц. Однако надо учесть, что контингенты эти ограничены, а для эффективного поиска нужного органа нужен выбор среди миллионов потенциальных доноров.

Поэтому я не сомневаюсь: аппетит приходит во время еды, и вскоре появятся базы данных, содержащих данные на миллионы украинцев. Безусловно, заполучить в качестве донора интернатского сироту проще, чем ребенка живых и любящих родителей. Но чего не сделаешь во имя гуманизма: на помощь могут прийти новые технологии, такие, как инструменты ювенальной юстиции, турникеты в школах, камеры наблюдения на улицах и т.д.


Да, я все понимаю.

Да, трансплантология — передовой край современной науки. Да, органы умерших могут спасти тысячи жизней. Да, я верю, что авторами законопроектов двигали самые благие намерения.

Но я помню, чем выстлана дорога в ад.

Любые благие намерения, любые полезные и рациональные новации, любое покращення у нас воплощаются самым ужасным образом. Исключения бывают, но очень редко. А в ситуации, когда имеется устойчивый и весьма платежеспособный спрос, исключений не будет.
Как выйти из ситуации, что делать?
У меня есть два предложения, которые могут решить проблему и при этом не требуют внесения изменений в действующие законы.


Во-первых, я предлагаю в качестве пилотного проекта ввести презумпцию согласия на пересадку для конкретных категорий граждан — народных депутатов, судей, высших должностных лиц и госслужащих 1, 2, 3 и 4 категории (до начальников управлений и служб облгосадминистраций включительно).

Люди перечисленных категорий, как правило, материально обеспечены, они нормально питаются и имеют доступ к первоклассному медицинскому обслуживанию в Феофании. У них напряженная работа, они нередко ездят по служебным делам с превышением скорости и становятся жертвами ДТП. Согласитесь, указанный контингент — прекрасные и перспективные доноры.

Как реализовать мое предложение без внесения изменений в закон? Очень просто. Сейчас и депутаты, и судьи, и чиновники принимают и подписывают присягу, в которой клянутся верой и правдой служить интересам народа. Давайте введем в эту присягу положение о согласии на посмертное донорство, и человек, который служил украинскому народу всю свою жизнь, послужит ему и после смерти. Все честно и логично, а в результате мы получаем многотысячную контрольную группу из влиятельных и авторитетных людей, которые самим фактом своего существования пропагандируют идеи гуманизма в медицине.

Мое предложение не повлечет дополнительных затрат из бюджета — разве что на почетные знаки «Посмертный Донор», который вышеуказанные граждане будут обязаны носить постоянно, подавая тем самым позитивный пример окружающим.

Лет через десять мы проанализируем, как изменилась статистика несчастных случаев и скоропостижных смертей в данном контингенте, сколько было случаев пересадок, как отбирались реципиенты, — и сможем сделать обоснованные выводы.

Второе мое предложение касается общественного контроля за медициной.

Как мы помним, на недавних выборах практически все избирательные участки были обеспечены возможностью записи и трансляции происходящего. Техническая инфраструктура, на которую потратили миллиард народных денег, теперь будет стоять без дела три года до следующих выборов. Это неправильно.

Я предлагаю задействовать её и обеспечить возможность записи прямой трансляции из хирургических операционных и патологоанатомических отделений.

Прямая трансляция будет доступна для родственников пациента, а запись — также по запросу правоохранительных органов. Это позволит каждому лично убедиться, что операцию проводит именно тот профессор, с которым «договорились», а не практикант-четверокурсник, что вместе с воспаленным аппендиксом случайно не отрезали почку, и так далее. Реализация этого предложения также не требует законодательных изменений и особых затрат.

В итоге мы повысим доверие к медицине вообще и трансплантологии в частности до недосягаемых высот. Согласие на пересадку станет престижным атрибутом национальной элиты, что подвигнет множество простых граждан приобщиться к этому благородному начинанию.

Я вижу именно такой путь, а не принудительное превращение Украины в консервный комбинат.

Сергей Дибров
Опубликовано в разделе "Блоги" на сайте TVi:
http://tvi.ua/yak_umru_to_ne_hovayte%E2%80%A6




Tags: dibrov_s.livejournal.com, діти, здоров'я, подонки, прдоны, юю
Subscribe
promo don_katalan december 29, 2014 14:39 115
Buy for 50 tokens
Расшифровка секретного плана адмиистративно-территориального устройства России после ее распада От гуляющих по сети различных вариантов "государственного" устройства будущего российских территорий отличается наличием территорий в совместном управлении, возвратом исторических территорий…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments